Условия, в которых работают производители зерна, не позволяют получать стабильные и гарантируемые до

Среда, в которой сегодня работают производители зерна, не позволяет создать стабильные условия для гарантируемого получения дохода. Мы фактически не знаем, будет наша работа убыточной или прибыльной в текущем году. А учитывая цикличность производства, мы не можем просто «заморозить» работу - если поле вспахано, нужно сеять осенью или весной. Если нарушить севооборот, то потом восстанавливать его придется два-три года - а это дополнительные затраты и потеря урожая. Об этом рассказал в интервью «Интерфаксу» президент Национального союза зернопроизводителей и председатель совета директоров «Сибирского аграрного холдинга» Павел Скурихин. К сожалению, зернопроизводители зависят от сиюминутной конъюнктуры, которая зачастую определяется неадекватной волатильностью цен. Например, в этом году цены в Сибири в начале сезона составляли 2,7 тыс. рублей за тонну пшеницы 4 класса. А у нас средняя себестоимость производства одной тонны составила 4,2-4,7 тыс. рублей. А к отметке в 4 тыс. рублей за тонну рынок подошел только к февралю. И это не в 2009-м, а в этом году, когда никакой катастрофы с перепроизводством на зерновом рынке нет. Кроме того, мы понесли очень серьезные потери из-за прошлогодней засухи в Тульской области и в Поволжье. А из-за ранней осени в прошлом году мы не смогли убрать часть урожая, потому что на поле было заехать невозможно. Все эти риски сегодня с большим трудом зернопроизводителями покрываются. А должны быть инструменты для защиты от этих рисков, например, полноценное страхование. Закон об агростраховании, который вступил в силу в этом году, - безусловно, прорыв. Но в дополнение к нему нужно принять очень много подзаконных актов. Мы, к сожалению, находимся, наверное, только на начальной стадии этого процесса. От волатильности цен зернопроизводители вообще не застрахованы. На любом цивилизованном рынке есть механизм хеджирования. Мы сегодня к этому приближаемся - начались биржевые торги причерноморской пшеницей. Однако сельхозпроизводитель откуда-нибудь из Курганской области, определяя цену, должен учитывать стоимость перевозки, погрузки зерна. Хеджирование - механизм, над которым, мягко говоря, крестьянин голову сломает. А у нас и вовсе получилась сложная математическая формула с несколькими неизвестными. Так вот, от этих двух ключевых рисков - климатических и ценовых - мы не застрахованы, уверен Павел Скурихин. В России все зависит от региона: у зернопроизводителей, например, на Ставрополье, риски ниже, чем где-нибудь в Сибири, где просто катастрофа произошла осенью прошлого года. Ни один элеватор не принимал зерно - его было просто некуда складывать, потому что не было вагонов, так как все вагоны обслуживали экспортные потоки на юге России. В итоге зерно складывали прямо в поле, накрывали полиэтиленовой пленкой. А если идет дождь - это совершенно бессмысленное занятие: зерно портится. Вот и получается, что у нас есть благополучные регионы, и регионы, которые систематически терпят убытки. Накапливая убытки, компании наращивают задолженность перед банками. А то, что в этом году банки на 30% сократили кредитование посевной, говорит о том, что многие хозяйства попросту исчерпали возможности привлекать новые кредиты из-за состояния баланса и отсутствия залоговой базы. Эту проблему нужно каким-то образом решать, системно анализировать: какие здесь могут механизмы применяться, рассказал о проблемах и затруднениях зерновой отрасли президент Национального союза зернопроизводителей и председатель совета директоров «Сибирского аграрного холдинга» Павел Скурихин